Утром 31 октября 2015 года в 06:50 по московскому времени авиалайнер Airbus A321-231 российской авиакомпании «Когалымавиа» вылетел из аэропорта египетского Шарм-эль-Шейха в Санкт-Петербург. Спустя 23 минуты самолет перестал подавать сигналы и пропал с радаров. В тот же день на Синайском полуострове были обнаружены обломки фюзеляжа, багаж, а затем и тела погибших. Жертвами авиапроисшествия стали 224 человека: 7 членов экипажа и 217 пассажиров, из них 25 детей. Вскоре стало известно – это был теракт.
Трагедия над Синаем до сих пор считается самой масштабной с участием россиян за всю историю авиасообщений. И самой таинственной: все еще не ясно, кто именно и как пронес и заложил на борт бомбу. Расследование продолжается: раз в полгода семьи погибших получают уведомление об этом из Следственного комитета, но реальных подвижек нет. «Это выглядит как издевательство над потерпевшими», – говорят Сергей Семенович и Алевтина Михайловна Миханьковы – дедушка и бабушка той самой Дарины Громовой, 10-месячной малышки, фото которой с подписью «Главный пассажир» стало символом теракта над Синаем.
На десятилетнюю годовщину у братской могилы на Серафимовском кладбище в Санкт-Петербурге, где установлен памятник рейсу 7К-9268 и захоронены 715 фрагментов тел, которые так и не удалось опознать, соберутся семьи погибших. О том, как сегодня живут люди, потерявшие самое дорогое, что у них было, и что помогает им находить силы и смыслы – в нашем материале.
«Наши дети стали заложниками»
«В самолете. 10 минут и взлетаем», – прислала своим родителям последнее сообщение 28-летняя Эльвира Воскресенская. Оно ушло 31 октября в 6:27 минут по московскому времени. Ее место в салоне было F 14. Вместе с Эльвирой с отдыха летела ее подруга Елена с сынишкой, они сидели на соседних креслах.
«Наша Эля работала в МЧС. И в тот год она так устала, вымоталась, так хотела отдохнуть. Ее муж Женя уже отгулял отпуск летом, поэтому она собралась лететь одна, – вспоминает мама погибшей, Ирина Захарова. – Пришла ко мне занять денег. Я сказала: не дам, на что угодно, только не на Египет. Как будто сердце чуяло. Не знаю, может быть, я как-то могла бы ее переубедить, чтобы она осталась дома… Может, если бы я была настойчивее… В Египте им не понравилось, Лена отравилась в ресторане, Эля с мальчиком тусили вдвоем, на экскурсии дочь ехать не хотела: «Мама, здесь страшно». Я не знаю, что она имела в виду. Я ответила ей: не надо ездить никуда, еще вся жизнь впереди, успеешь».
Ирина Захарова говорит, что впоследствии выяснилось: наших трижды предупреждали о возможном теракте в Египте и о том, что это будет связано с Сирией. (ответственность за теракт в итоге взяли на себя боевики запрещенной в России ИГИЛ – Ред.). «Получается, что наши дети стали заложниками большой политики», – вздыхает женщина.
Она, как и другие родственники, все еще ждет, что правда откроется и станут известны все подробности трагедии. Теракт расследовала международная комиссия, куда входили не только представители Египта и России, но и Франции, Германии, США, Ирландии.
Удалось установить, что самолет начал разрушаться еще в воздухе, а эпицентр взрыва находился в хвостовой части, в районе багажного отделения. Взрывное устройство было заложено в лайнер непосредственно на территории аэропорта Шарм-эль-Шейха кем-то из сотрудников аэропорта. Бомбу просто завалили вещами и детскими колясками. Несмотря на наличие видеокамер, террориста так и не нашли. «Я вообще не уверена, что он еще жив», – говорит Ирина Захарова.
Самый главный пассажир
Сергей Семенович и Алевтина Михайловна Миханьковы – бабушка и дедушка Дарины Громовой. Это их дочка Татьяна за 15 дней до трагедии выложила фото Дарины из аэропорта Пулково в соцсети. «Самый главный пассажир», – гордо подписала она снимок.
Семья Громовых – Татьяна, Алексей и маленькая Дарина, улетели отдыхать в Египет, но обратно в Санкт-Петербург уже не вернулись. Снимок девочки облетел все СМИ. «Самым главным пассажиром» Таня назвала Дарину не просто так: та впервые летела с настоящим местом, с билетом и с посадочным талоном как взрослый человек, а до этого путешествовала только на руках у мамы. Роковой перелет был для Дарины шестым.
Татьяна Громова, как и ее родители, родом из Тольятти, в северную столицу переехала после школы. Поступила в вуз, осталась работать. Здесь встретила будущего мужа, здесь же родила единственную дочь. «Внучка была совсем еще маленькая, Таня писала ей письма. Говорила, что когда та вырастет, то обязательно сама их прочитает и поймет, как мама ее любила», – рассказывает Сергей Миханьков.
Отправляла бумажные письма Татьяна и своим родителям. Это то, что от нее осталось, и Сергей Семенович с Алевтиной Михайловной, перечитывая их, словно слышат голос любимой дочери.
Чтобы быть ближе к Татьяне, Алексею и Дарине, супруги Миханьковы переехали из Тольятти в Петербург. «Душа позвала быть рядом с детьми, – говорит Сергей Семенович. – Почти каждую неделю просыпаемся и едем на кладбище. У нас не осталось другого смысла и цели в жизни».
Сейчас Дарине было бы уже почти 11 лет. И не было секунды, чтобы бабушка с дедушкой не горевали о ней. «Никто не принес ни слова извинений. Почему мы не можем настоять на расследовании гибели нашего самолета? Почему позволяем Египту отмалчиваться?» – рассуждают Миханьковы.
«Я смогла немного забыться в детях»
Юлия Салахбекова потеряла в авиакатастрофе двоих детей – 9-летнюю дочь Диану и 14-летнего сына Данияла, а также маму, Прусакову Светлану Николаевну.
С четырех лет Даниял занимался тхэквондо, имел красный пояс. К 14 годам вымахал до 172 сантиметров и стал нравиться девочкам. Диана же не отходила от матери: «Мы с ней все время обнимались. Она была не просто частью меня, это была я сама», – вспоминает Юлия.
В то утро она ждала детей и пекла для них блины, когда Первый канал прервался на срочную новость: российский самолет пропал с радаров.
Данияла и Диану похоронили в Дагестане, на родине их отца. А вскоре Юлия Салахбекова узнала, что снова беременна. УЗИ показало двойняшек. Родились мальчики Тимур и Марат. Сейчас им уже восемь. А через четыре года еще и дочка. Так Юлия стала многодетной матерью.
«Я всегда говорю, что у меня пятеро детей, – объясняет она сейчас. – Мне кажется рецепта пережить эту боль не существует. Я смогла немного забыться в детях. Это та ниточка, за которую я ухватилась, они моя радость и мое спасение».
Животные исцеляют душу
Евгения Голенкова в небе над Синаем лишилась родителей и единственной дочери Дианы. На море девочку старались вывозить не меньше двух раз в году, она всегда так ждала этих поездок.
Утром 31 октября Евгения готовилась встречать родных, по их заказу варила борщ и резала оливье. Когда прибежала соседка с новостью о пропавшем самолете, еще не думала, что это – именно тот, на котором летели ее родители и дочь. Правда открылась лишь в аэропорту. «Опознать смогли только мою маму Викторию, а Диану и папу Владимира – по анализу ДНК», – вспоминает она.
Спустя десять лет Евгения – мама очаровательного мальчишки. Он родился в Рождество 2018 года. Сын ходит с ней на кладбище, видит фотографии, видит некоторые Дианины игрушки.
Пережить трагедию Евгении также помогла помощь бездомным животным. «Я с головой ушла в них. У меня дома сейчас пять котов, так я исцеляю свою душу».
Благотворительность «Рейса 9268»
Вместе с другими родственниками погибших пассажиров мама погибшей Эльвиры Воскресенской, Ирина Захарова создала благотворительный Фонд «Рейс 9268». В совет фонда, кроме нее, входят Дмитрий Федоров, который потерял над Синаем жену и сына, и Марина Илларионова, потерявшая дочь.
Благотворительный фонд «Рейс 9268» был создан в марте 2016 года. Он представлял интересы всех родственников погибших пассажиров. «Оставалось 715 неопознанных фрагментов тел, которые находились в отделении судебно-медицинской экспертизы, – поясняет Ирина Захарова. – Никто бы ни одному частному лицу их не отдал, отдавали только то, что было распознано по ДНК. Только как юрлицо мы смогли получить и захоронить эти останки». Также как юридическое лицо родственники добились установки общего памятника на братской могиле.
«Мне не стало легче морально от того, что пришлось всем этим заниматься, наоборот, – вздыхает Захарова. – Я вообще не хотела этого и долго не соглашалась. Но я работала директором школы и, в отличии от большинства, имела административный опыт, который очень пригодился».
Все эти десять лет благотворительный фонд «Рейс 9268» от имени родственников погибших занимался вопросами выплат и получения субсидий. «Вот уже пять лет подряд мы как НКО подаем на субсидию, участвуем в конкурсе и получаем небольшую помощь от города. На нее можем покупать путевки в санаторий, заключать договоры с психологом, оказывать помощь детям, оставшимся без родителей, проводить массовые мероприятия, связанные с гибелью нашего рейса. По-другому этого никак не добиться», – объясняет Захарова.
Родственники жертв теракта над Синаем также сотрудничают с ассоциацией «Надо жить», созданной по инициативе пострадавших от теракта в питерском метро 3 апреля 2017 года. Кроме того, в нее входят потерпевшие от террористических актов в Волгодонске (1999 год), Норд-Осте (2002), Беслане (2004). Цель ассоциации – принятие федерального закона о помощи потерпевшим в терактах. Это касается не только положенных выплат, но и лечения, медицинской и психологической реабилитации.
Выстраданный храм
Всего потерпевшими по уголовному делу о катастрофе над Синаем были признаны 380 человек. Супруги, дети, родители… У некоторых вообще никого не осталось, люди погибли целыми семьями. Сегодня потерпевших гораздо меньше – люди постепенно уходят, особенно пожилые родители, которые вместе с гибелью детей потеряли смысл жизни.
Свою вину в случившемся власти Египта так и не признали. И ничего не выплатили. Выплат от российских властей также удалось добиться совсем недавно: только в 2025 году наше государство в лице Министерства финансов РФ выплатило наконец родственникам погибших в результате теракта положенные компенсации. Сражаться за это право пришлось почти 10 лет.
Семья Ирины Захаровой потратила средства, полученные за гибель дочери от страховой компании, на покупку квартиры для родственников с Украины. Теперь в ней живет крестница Эли, которую она успела покрестить незадолго до отъезда в Египет.
А еще в 2022 году в Санкт-Петербурге был наконец открыт храм святого великомученика Дмитрия Солунского в память о погибших пассажирах рейса 9268. Он пока не до конца достроен, но службы в нем уже проходят.
«Этот храм нами выстрадан. Земля, где он стоит, была отдана китайцам под коммерческую застройку, мы разговаривали с ними лично, убеждали, они нас услышали. Там есть стена с именами погибших, можно подойти и помолиться, Работает социально-реабилитационный центр «Дом под куполом». Здесь помогают тем, кто пережил подобные трагедии: есть психолог, функционирует детский центр, воскресная школа. Я бы хотела найти спонсоров, чтобы сделать внутреннюю отделку, но пока никак», – рассказывает Ирина Захарова.
На стене храма с фотографиями и на странице в ВК, посвященной трагедии, каждый год близкие поздравляют ушедших с их земным днем рождения. Вот несколько недавних записей:
7 октября 2025 года: «Сегодня исполнилось бы 25 лет Максимову Александру. Светлая память Александру. Мы помним!»
4 октября 2025 года: «Сегодня исполнилось бы 48 лет Марцевич Валентине — старшему бортпроводнику рейса 7к9268. Навсегда в Вечном рейсе, навсегда в Вечном полете».
