"ИМЯ ЕМУ 666"

Просмотрено: 261 Отзывы: 0

"ИМЯ ЕМУ 666"

Золото – презренный металл. Это выражение стало популярным благодаря русскому писателю Ивану Александровичу Гончарову (1812 – 1891), который использовал его в своем романе «Обыкновенная история». Как правило, золото является основой практически всех ювелирных изделий. Никакие клады, ни древние сокровища нельзя представить без золота. Золото – это, прежде всего власть, и чем больше у власти этого металла, тем она сильнее. Советской власти на заре её становления очень нужен был этот металл. Однажды к Феликсу Эдмундовичу Дзержинскому на прием записался некто Владимир Языков, инженер по профессии. Он поведал ему историю про «Чёрного принца» и о золоте, находившемся на его борту. Изучив документы, предоставленные инженером, Феликс Эдмундович загорелся идеей поиска сокровищ для молодой советской республики. Срочно при ОГПУ была создана экспедиция подводных работ особого назначения (ЭПРОН). Организатором и первым её руководителем стал Лев Николаевич Захаров-Мейер, который подобрал группу надёжных и проверенных товарищей. Работы проводились на государственном уровне и под особым контролем. Создавали специальное оборудование, опрашивали старожил Балаклавы. Стране Советов чрезвычайно необходимы были средства для выполнения пятилетних планов, и к поискам приступили безотлагательно. Лев Николаевич тщательно изучил летопись той страшной катастрофы, разыгравшейся в момент гибели «Чёрного принца». А что известно из летописей о гибели таинственного фрегата? Вот описания  историками того трагического дня:

«Погода и до этого не баловала, а 14 ноября стрелка барометра упала вовсе… По небу заклубились чёрные тучи, средь бела дня наступили сумерки, и началось светопреставление… Непредсказуемый ветер, до этого крутивший в разные стороны, вдруг определился с направлением и обрушился на бухту, в мгновение ока достигнув силы урагана. Мощный ливень, сопровождаемый градинами величиной с голубиное яйцо, перешёл в омерзительный ноябрьский снег. Якоря не держали… В тот роковой день на прибрежных скалах Балаклавы нашли свою смерть 34 корабля, пятым погиб "Принц

Захаров-Мейер с ответственностью подошел к делу, изучив все доступные по этому событию материалы, он также ознакомился с секретными документами Языкова и описаниями работ предыдущих поисковых групп, в частности итальянской, о которой писал Александр Куприн. Много времени, сил и финансов, было истрачено на поиски презренного металла ЭПРОНавцами. Официальное заявление советского правительства: «Золото не обнаружено». К поиску сокровищ подключили японцев, по договору после завершения операции экспедиция из страны восходящего солнца должна была оставить по одному экземпляру оборудования, используемого при поисковых работах. Японские водолазы изрыли всё дно в месте, где якобы русские нашли «Черного Принца», обнаружили в море четыре золотые монеты и кучу всякого хлама. Эта экспедиция им стоила уйму денег. Вдобавок ко всему  они оставили русским новейшее по тем временам, не имеющее аналогов в мире, оборудование.

(Дальнейшее развитие событий чисто художественного характера и не имеет никакого отношения к истории). 

Порывистый весенний ветер хлестал по стёклам косыми плетьми холодного питерского дождя. Андрей сидел с сынишкой за столом у окна и вслух читал книгу «Остров сокровищ» Роберта Стивенсона – это была его любимая книга. Не в первый раз он читал эти страницы, и каждый раз с замиранием сердца проживал события вместе с героями романа. Петенька с открытым ртом слушал отца, подперши ладонью подбородок, Нина мыла в кухне посуду. У входной двери звякнул колокольчик, Андрей прервал чтение и громко обратился к супруге:

– Нинусь, взгляни кто там пожаловал?

– Андрюша, это к тебе, – отложив книгу, глава семейства направился в прихожую.

– Глеб Онуфриевич, ты ли это, какими судьбами? – в дверном проёме с широко расставленными ногами стоял коренастый, средних лет мужчина, на нём был длинный кожаный плащ и форменная фуражка морского офицера.

– Ну, ты в квартиру-то хоть впусти, потом и устраивай допрос.

– Да, конечно же проходи, дорогой. Ты по делу из Москвы иль как?

Нина уловила ход событий и принялась накрывать на стол. Андрей, повесив плащ и фуражку гостя на вешалку, проводил его к умывальнику.

 – Андрей, сколько мы с тобой не виделись?

– Да, пожалуй, года три, Глеб, – расставляя табуреты у стола, немного подумав, ответил хозяин. Гость, вытерев руки, достал из внутреннего кармана кителя бутылку коньяка и поставил на стол. Затем, словно фокусник, не понятно откуда вынул шоколадку и дал Пете, который из-за двери наблюдал за всем происходящим.

 – Андрей, да у тебя гвардеец какой уже вырос. Тоже подводник будешь, как отец? – потрепав мальчика за плечо, Глеб присел к столу. Спустя минуту хозяева и гость дзынькнув стаканами, выпили за встречу. Немного погодя, Нина забрала сынишку, ушла в комнату, понимая, что мужчинам нужно поговорить.

– К тебе, Андрей, я приехал по государственному делу. Ты в курсе моих служебных передвижений?

– Последнее, что я слышал – ты занимал должность руководителя (ЭПРОН). Но ведь вы золото «Чёрного принца» так и не нашли, не нашли его и японцы, об этом трубила вся пресса.

– Вот именно пресса... Мне нужен помощник – старший экспедиции по техническим средствам. Японцы оставили нам много новейшего подводного оборудования, а разобраться с ним сможешь только ты. К концу недели тебе с семьёй нужно перебраться в Севастополь, вот ордер на получение там квартиры. Семья твоя будет на полном государственном обеспечении, и ни о чём можешь не беспокоиться. Через десять дней приступаем к операции по поднятию золота.

– Глеб, я не понял… Какого золота?

– Теперь слушай –  всё, что я скажу является государственной тайной. Английские монеты существуют, и мы их обнаружили, все 30 бочек. Но с нашей подводной техникой поднять их с такой глубины невозможно. Вот и пришлось затеять этот «спектакль» с японцами.

– Но ведь это же обман.

– Андрей, цель оправдывает средства. Нашей стране нужны деньги для развития народного хозяйства. Партия нам доверила основные рычаги операции по поднятию сокровищ со дна моря, и мы должны оправдать это доверие. Вот деньги на текущие расходы. Первого июня ты должен быть в Балаклаве на борту поискового судна «ЭПРОН». Ну, давай на коня, – офицер разлил по стаканам оставшийся коньяк и залпом выпил. Забросив в рот кусочек сала, он встал и направился к вешалке. У двери мужчины на прощанье обнялись:

– Да, вот ещё, то, что мы с тобой сводные братья никто не должен знать. Этого нет и в наших анкетах, так будет лучше для нас обоих.  До встречи, брат.

– До встречи, Глеб, – Андрей, прикрыв дверь, подошёл к окну в кухне и стал наблюдать за уходящим под проливным дождём начальником экспедиции. Неприятный холодок воспоминаний взбодрил его: «Да пожалуй, Глебушка, ты ведёшь двойную игру… Или я тебя плохо знаю». Отогнав мрачные мысли, он вернулся в комнату и продолжил с сынишкой чтение любимой книги…

Первый день лета в бухте Балаклава ничем не отличался от предыдущих. Все были заняты своими делами, рыбаки перебирали сети и чинили баркасы. Хозяева кофеен и лавок наводили порядок в своих заведениях. На деревянном причале сидели мальчуганы с удочками, возле них тёрлись стаи разноцветных котов в ожидании мелкой рыбёшки. Въехавший на набережную конный экипаж не вызывал ни у кого интереса. В начищенных ботинках и с кортиком наперевес Андрей ступил на мокрую от утренней росы набережную. Летнее солнышко ещё не успело заглянуть в чашу бухты, и в отсутствии теней судно, на которое предстояло ему взойти, выглядело, словно нарисованное и вырезанное из огромного куска картона.

Сразу же после встречи Глеб познакомил Андрея с участниками секретной экспедиции и зачитал приказ, последние слова которого всех ошарашили: «До завершения операции никому не разрешено сходить на берег». Экипаж судна (ЭПРОН) понимал, под эгидой какого ведомства они служат, и методы их работы тоже были всем известны.

– Андрей Викторович, вот твои непосредственные помощники – водолазы Иван Клименчук и Архип Зевайло. На палубе находится японская техника, даю вам три дня на ознакомление с ней,  затем приступим к операции. Да, вечером жду тебя в кают-компании, ознакомимся с планом операции. Забирай своих помощников, и разбирайтесь с передовыми достижениями японских инженеров.

– Так точно, товарищ старший уполномоченный!

– Вот и хорошо, приступайте.

Андрей имел прекрасное техническое образование и большой опыт работы  с морской техникой. Изобретения, запатентованные им, нашли применение в отечественных батискафах. Его статьи печатались в журналах «Наука и техника» и «Судостроение». Электромеханика была любимым предметом молодого инженера, он считал, что именно её нужно внедрять во все сферы народного хозяйства. Образцы подводного оборудования и механизмов, оставленные японцами, поражали его аналитический ум своими дерзкими техническими решениями. Талантливый инженер с головой погрузился в работу, окружающий мир для него растворился, изучение незнакомой техники поглотило его целиком. Эта работа была для него не в тягость, а в удовольствие, Иван и Архип не раз напоминали ему, что пора идти на обед или на ужин, настолько он был увлечён, что не замечал течения времени. В первый же вечер в кают-компании Глеб Онуфриевич ознакомил с картой  Андрея, Ивана и Архипа и указал на все трудности и препятствия, которые предстоит им преодолеть. Последующие два дня отрабатывался технический план и конкретные действия каждого водолаза. В ночь перед операцией Андрею не спалось, он вышел на палубу  и закурил папиросу.

– Андрей, – услышал он тихий окрик за спиной и обернулся. Из приоткрытой каюты ему зазывающе махал рукой Глеб. Выбросив окурок за борт, он пошел к брату.

 – Проходи, садись, есть разговор, – на столе стояла бутылка коньяка и тарелка с нарезанной колбасой, в стаканах уже было налито спиртное. Чокнувшись, они выпили, накалывая на вилки колечки салями, принялись закусывать.

– Ну, давай ещё по одной, и перейдём к делу, – Андрею не нравился заговорщицкий тон Глеба, что-то подсказывало – добром это не закончится. Убрав выпивку и закуску со стола, хозяин каюты развернул карту, – а теперь слушай и не перебивай. На судне 30 бочонков золота, это тебе известно, его нам и предстоит поднять со дна. Вот здесь каюта капитана (он карандашом указал на схеме судна дверь), в ней сундук доверху набит драгоценностями. О нём никто не знает, об этом я позаботился, – после этих слов у Андрея пробежал холодок по спине.

Он хорошо знал своего брата. Мать у них была одна, а вот отцы разные. Андрей был младшим, и ему больше внимания уделяли родители, за  что Глеб его в душе ненавидел. Глеб ненавидел также отца Андрея и на мать затаил в душе обиду за то, что она больше заботы проявляла по отношению к Андрею и его отцу,  нежели к нему. Свою ненависть он изливал на бездомных кошек и собак, снайперски запуская в них галькой из рогатки…

– Проход к сундуку свободен, – продолжал вполголоса старший брат, – твоя задача – вскрыть потолок каюты механической рукой самоходного батискафа и, вынув сундук, переместить его вот сюда, – Глеб карандашом нарисовал крестик на карте. – Я подготовил в этом месте углубление для «груза», опустишь его туда и прикроешь глыбами, они там в изобилии.

– Но ведь это далеко, на это потребуются не менее двух часов, а в мини субмарине кислорода на четыре часа. А ещё нужно успеть погрузиться, добраться до сундука и всплыть. Зачем так далеко?

– Там глубина 20 метров. И в лучшие времена мы сможем без посторонней помощи поднять сокровища. Я так устрою, что первый день ты будешь работать один, якобы обследовать судно и корректировать ранее составленный план.

– Глеб, а ты не боишься, что если что-то пойдёт не так, и мы проколемся, нас поставят к стенке?

– Успокойся, там столько добра, что мы станем сказочно богатыми, я думаю, риск оправданный. У меня есть люди, которые без проблем переправят нас вместе с твоей семьёй в Болгарию, а там решим, как быть дальше. Да, вот ещё что, у тебя выбора нет, если захочешь меня сдать, я увлеку тебя с собой, – взяв бутылку, он наполнил стаканы и подал один Андрею.

 – Выпьем за наше будущее.

Поутру на море стоял штиль, солнышко осторожно выглянуло из-за горизонта, и море мириадами сполохов отразило его божественный свет. Андрея не покидало предчувствие чего-то ужасного, но он был человеком сильной воли и трезвого рассудка, поэтому положился на волю судьбы.         

«Да, Глеб в любом случае потянет меня за собой… Если выполнить его замысел, то хоть какой-то появится шанс увидеть свою семью. Ладно, сделаю всё, как он сказал, а там видно будет». Судно по фарватеру плавно выходило из бухты. Андрей, прижавшись к леерам, вглядываясь вдаль, курил папиросу. Сегодня ему предстоит большое испытание – на незнакомой технике выполнить огромный фронт работ. Любая нештатная ситуация может привести либо к его гибели, либо к провалу операции. В Бога он не верил, он верил в идеалы партии. В данной ситуации ему не хватало пары пастырских слов, и он стал бы горячо верующим, но такого человека на судне не нашлось. «Ну, всё – пора», – выбросив окурок за борт, он направился к подводному аппарату, который представлял что-то среднее между батискафом и субмариной. Образец технического прогресса имел две механические «руки», четыре опоры и  три винта: спереди, сзади и один снизу для удобства маневрирования по донному ландшафту. Иван и Архип его уже ждали в технической зоне, готовые приступить к подготовительным работам погружения. Все действия были  тщательно отработаны, но, тем не менее, волнение присутствовало.

 «Солнышко, помоги мне вернуться и ещё раз увидеть твой свет. Какой прекрасный этот мир: лазурная гладь моря, строгие прибрежные скалы, этот лёгкий нежный бриз, высокий, ослепительно голубой небосвод. Как это всё могло появиться само собою? А если не само собой всё появилось, стало быть, Бог создал. Но в Бога он не верит, да и партия не велит. Религия – это пережиток старого мира». Андрей вспомнил, как помогал изымать имущество из церкви Спаса на Сенной. «Если и существует Творец, как после всего содеянного обращаться к нему?» На душе скребли кошки, он ещё раз взглянул на небо, и быстро взобрался на корпус подводного аппарата. Уверенными движениями опытный подводник проник в батискаф и задраил изнутри люк. Зажужжали лебёдки, началось медленное погружение: «Да, глубина здесь большая, придётся попотеть», – в иллюминаторах постепенно темнело, в ушах появился тихий шелест. Андрей ещё раз просматривал карты и инструкции, чтобы не тратить попусту время. И вот долгожданный удар о дно. «В принципе, самочувствие нормальное, можно приступать  к автономным действиям», – принял он решение. Мини субмарина слегка накренилась на правый бок, но посадка чувствовалась устойчивая. Мощный луч наружного прожектора пробивался сквозь муть, поднятую со дна. Через пару минут видимость прояснилась, и Андрей увидел справа от себя останки затонувшего корабля. «Так, я нахожусь рядом с палубой, наверняка, это и есть «Чёрный принц», – сверив карту и своё месторасположение, он остался доволен. Ему предстояло преодолеть несколько метров подводного пути и начать операцию…

Глеб стоял у лееров, вглядываясь в тёмную воду, будто пытаясь рассмотреть, что там происходит на дне. Стрела лебёдки подскочила вверх, и трос ослаб: «Ну всё, пошёл в автономку, давай, братишка, дерзай, – затем, повернувшись к членам экспедиции, объявил, – теперь остается только ждать, если подготовительная операция пройдёт успешно – завтра приступим к поднятию золота».  

Андрей понимал, что ему нужны какие-то гарантии, чтобы остаться в живых. Он хорошо знал своего брата и понимал, что при первой же возможности тот попытается избавиться от него. Достать сундук из каюты не представляло большого труда, японская техника работала исправно и предсказуемо. Он заранее изучил карту морского дна у Балаклавы и выбрал новую точку для перезахоронения клада, в  другой стороне от места, предложенного ему Глебом. Положив сундук в углубление, и надежно прикрыв его валунами, Андрей всплыл. От поискового судна его прикрывал мыс Курона, место выбрал он не случайно.  Сняв костюм, Андрей вплавь добрался до берега, там, соорудив тайник, спрятал в нём свой серебряный портсигар, на внутренней крышке которого заранее кортиком выгравировал карту, указывающую истинное местонахождение сокровищ. Эта вылазка отняла у него много лишнего времени, стало ясно, что в срок ему не уложиться: «Ну, ничего, выкрутимся, теперь козырь в моих руках»…

 Время шло, руководитель операции расхаживал по палубе, нервно поглядывая на часы.

 Звякнула рында, зазывая на обед, матросы потянулись на камбуз. Разговаривать никому не хотелось. Противоречивые чувства роились в душе Глеба по отношению к его сводному брату. Порой вспыхивала ненависть, и у него возникало желание сомкнуть ладони на шее у Андрея. Стоя на палубе поискового судна, ему почему-то вспомнился случай из детства: отец Андрея вернулся с работы, поднял своего любимого сыночка на руки, поцеловал и дал ему леденец на палочке в виде петушка. Не помня себя от гнева, Глеб выбежал на улицу и помчался, что было сил вдоль набережной Мойки. Лишь только к вечеру у него прошла злость, и он вернулся домой. Потихоньку прокравшись в свой уголок комнаты  и сев на кровать, он стал читать книгу. Подросток с головой окунулся в события, разыгравшиеся на страницах приключенческого романа. И тут в разворот книги упал петушок на палочке, тот самый, что три часа назад отец дал Андрею. Глеб оторвался от книги, перед ним стоял его младший брат: «Глебушка, возьми, я его не хочу». Гнев новой волной нахлынул на подростка. Ему не нужен был леденец, он ненавидел отца Андрея и самого Андрея за то, что он среди них чувствовал себя чужим. Схватив сахарного петушка, озлобленный до крайности Глеб, бросил его в другой угол комнаты и укрылся одеялом с головой…

Глядя на море в иллюминатор, Глеб поймал себя на мысли, что переживает не за брата, его больше тревожит судьба сундука с сокровищами, сокрытие которых он вверил Андрею. Есть не хотелось, отодвинув нетронутую миску супа, он вышел на палубу и закурил.  Подул легкий ветерок с востока, нагоняя мелкую волну, столбик барометра понемногу двинулся вниз. Глеб прикинул – кислорода на субмарине оставалось минут на сорок. Циферблат часов действовал на него гипнотически. Внезапно закончились папиросы, смяв пустую пачку и бросив её за борт, он пошел в каюту взять новую. Нервы у начальника экспедиции были натянуты, как тетива лука. Достав из шкафа бутылку коньяка и приложившись прямо из горлышка, он, не закусывая, вернулся на свой наблюдательный пункт. Затем командир, нервно взглянув на часы, произнёс вслух: «Да, кислорода в субмарине осталось примерно на 15 минут». И тут около двухсот метров на северо-восток от их судна, слегка покачиваясь на волнах, появился батискаф. Глеб боковым зрением заметил недоумение на лицах Ивана и Архипа, но это его нисколько не смутило. Он отдал команду, и маленький катерок поплыл к Андрею, который, откинув люк субмарины, наполовину выбрался наружу и махал им снятой с себя тельняшкой. Волна смешанных чувств окатила руководителя секретной операции: «Да, сокровища теперь в надёжном месте, и это место известно только двум людям, и эти люди – я и Андрей», – сняв фуражку, он платочком вытер холодный пот со лба. Ему не терпелось поскорее выполнить задание правительства – достать 30 бочонков с английскими золотыми монетами и уйти в долгожданный отпуск, чтобы закончить задуманное им дело. Когда Андрей оказался на судне, Глеб спросил у него:

– Всё в порядке?
– Да, но «посылка» ушла по другому адресу, который известен только мне. Прости, брат, но в таких ситуациях я привык подстраховываться.

Глеб, похлопав Андрея по плечу, после небольшой паузы как-то фальшиво дрожащим голосом проблеял                                                                                                                                             – Ты что, братишка, мне не доверяешь?             

Теперь Андрей окончательно убедился в правильности своих действий, фальшь в голосе Глеба смог бы распознать даже ребёнок. Больше на эту тему у них не было разговоров. Андрей официально предоставил рапорт о проделанной подготовительной работе и удалился в свою каюту спать. Ночью разыгрался шторм, и под утро судно, снявшись с якоря, зашло в бухту. Нежданно-негаданно у всех появилось личное время для отдыха. Андрей попросился у Глеба хоть на пару часов в Севастополь, чтобы проведать семью, но получил отказ: «Всем участникам экспедиции запрещено сходить на берег. Также запрещено с кем-либо из посторонних вступать в контакт: с рыбаками, проплывающими мимо на лодках, или же с моряками с других судов. Нарушители предстанут пред трибуналом», – официально ответил ему Глеб и удалился в кают-компанию. «Да, пожалуй, не всё тут чисто», – закуривая папиросу, размышлял Андрей, с горькой досадой поглядывая на берег.

Через два дня шторм стих, и участники экспедиции принялись выполнять задачу, поставленную им партией. Работы велись безо всякого энтузиазма, моряки чувствовали себя подневольными. Во всех диалогах с начальством прослеживалась недосказанность, на любые вопросы не было чётко сформулированного ответа. Неделю усиленного кропотливого труда понадобилось для полного завершения операции. Андрей, Архип и Иван были измотаны до крайности. От длительного пребывания на глубине их лица приобрели отечность, на висках выступили синие жилки, глаза налились кровью, подводники с трудом передвигались по палубе. Дело было сделано, золото находилось на судне, и всем участникам экспедиции, непосредственно принимавшим участие в операции, разрешено было отсыпаться, больше никто их не тревожил. Утром следующего дня судно «ЭПРОН» вышло далеко в открытое море, к нему пришвартовался другой корабль, на который перегрузили поднятые со дна моря сокровища. Затем произошло то, чего Глеб не ожидал, по крайней мере, так скоро. Всех непосредственных участников операции и экипаж «ЭПРОН» (кроме капитана и руководителя операции) перевели на сторожевик, а взамен на поисковое судно сошла новая команда. Подняв голову, он в последний раз увидел взгляд Андрея, ему показалось, что в нем нет упрёка, а ведь он наверняка понял, что Глеб его просто использовал в своих интересах, зная заранее, чем всё закончится. Злоба сжигала его изнутри, и в этой схватке он проиграл Андрею. То, что спецслужбы не оставляют свидетелей он знал заранее, для этого и пригласил брата, чтобы отомстить ему за всё, что он из-за него недополучил в детстве. План, который он так тщательно продумал, провалился – мечта стать богатым умерла навечно, Андрей похоронил её глубоко в море.

На следующий день была получена телеграмма – начальника экспедиции отзывали в Москву. Собрав чемодан, Глеб в подавленном состоянии отправился в путь. Интуиция подсказывала худшее, но ему уже было всё равно – богатства растворились, словно туман в лучах утреннего солнца, и брата он загубил почём зря. Глеб ненавидел Андрея, но что-то оборвалось у него внутри, он потерял единственного человека, связывающего его семейными узами с прошлым, с детством. Еще на подъезде к Москве в его купе вошли вооруженные красноармейцы, один из них объявил: «Вы подозреваетесь в шпионаже в пользу Англии, сдайте оружие». Через несколько дней Глеб Онуфриевич был расстрелян как изменник родины. Остальных свидетелей «Золотой операции» также ликвидировали…

 



Добавить отзыв

Введите код, указанный на картинке
Отзывы

Церковный календарь

Афиша

Православный церковный календарь на июнь 2021 года

Какие церковные праздники будем отмечать в июне 2021 и какие будут важные даты поста, дней поминания усопших – читайте в нашем материале ниже. 1 ИЮНЯ,...

Выбор редакции

В Псково-Печерском монастыре монахи спасают один из старейших дубов России

Вокруг старинного дуба в Псково-Печерском монастыре проводятся противоаварийные земляные работы по спасению дерева, сообщает ПАИ Новости Псковской области. В...