Дорога из никуда

Просмотрено: 1144 Отзывы: 0

Дорога из никуда

Статья из Динской районной газеты "Трибуна"

Многие думают, что нарко­манами становятся лишь в бедных семьях. Другие ви­дят панацею в спортивном образе жизни, образовании или творчестве. Но мои ге­рои уверены: все это очень хорошо, нужно и даже необ­ходимо, но без главного - духовности - ничего гаран­тировать невозможно. «Мне просто повезло», - говорит Константин, и Ольга, кажет­ся, с ним согласна.

 

 

Константин

- Я родился в благополуч­ной и респектабельной се­мье Ростова-на-Дону. С дет­ства успешно занимался боль­шим теннисом.Занимал первые места в области на протяжении нескольких лет. Затем получил высшее образование в Ростов­ской Государственной Экономи­ческой Академии на престижной кафедре международных эконо­мических отношений и марке­тинга. В 21 год женился, затем родился сын. Казалось бы, чего еще можно желать? Тем более главным в нашей семье счита­лось материальное благополу­чие. Однако именно в веселое время студенчества я пристра­стился к наркотикам.

Началось все «по приколу». Я любил посещать различные клубы. Стоило принять «вол­шебную таблеточку» - и появ­лялись силы кутить всю ночь без отдыха. Когда устроился на работу, заметил: после легких наркотиков удачнее заключают­ся сделки, вырастает работоспо­собность. Явной зависимости не было, ломок тоже. Поэтому я ис­кренне не понимал: а что здесь плохого? О моем увлечении не знали ни родители,ни жена. Что­бы можно было уснуть и рассла­биться после приема «быстрых» наркотиков, нужно было прини­мать героин, снимающий излиш­ний драйв. Принимал препара­ты я, примерно, раз или два в неделю.

Ольга

  • Мое детство прошло на Крайнем Севере в интелли­гентной и благополучной се­мье. С раннего детства я ощу­щала какую-то внутреннюю со­сущую пустоту. Пытаясь ее за­полнить, я перечитала массу психологической литературы, занималась творчеством, непло­хо рисовала. Я была очень об­разованным и талантливым ре­бенком, но... ничего не помогало против невидимой дыры в душе. Ничто не могло ее заполнить. Это было похоже на постоянное невыносимое желание счастья. И я пристрастилась к наркоти­кам. Только они могли временно заполнять мою пустоту. Но когда их не было, она превращалась уже в бездонную яму, в которую хотелось свалиться и не быть.

Константин

  • Я понял, что попал в зави­симость лишь через два года, а до того даже не обращал внима­ния, что нюхаю порошки каждый день. Когда стал болеть нос, на­чались уколы: сначала в мышцу, а затем в вену. Я на себе испы­тал изречение «наркотики при­ходят в красивой оболочке».

Родители, узнав о моем при­страстии, пришли в ужас, пота­щили меня по наркологическим клиникам, экстрасенсам, дела­ли переливание крови, иглоте­рапию, увозили в другой город, все было напрасно. Нача­ли гнить руки, пошли абсцессы. Меня уже постоянно останав­ливала полиция. Жена не вы­держала - развелась и забрала сына. Наконец и родители пере­стали пускать меня на порог. Да это и понятно: я стал постоянно врать и воровать, перезанял де­нег у всех знакомых, у кого смог, и они перестали ходить к моим родственникам. Вокруг них буд­то зона отчуждения образова­лась. И мама на глазах стреми­тельно постарела...

Ольга

  • Мама за меня отчаянно бо­ролась. Московские и местные клиники, врачи, иглоукалыва­ние... Мы переехали на юг, в станицу Динскую. Но ничего не помогало. Я стала законченной наркоманкой. И тогда она отпра­вила меня обратно в Норильск, а сама осталась в Динской. Нет, она меня не бросила, помогала, чем могла. Высылала деньги, оплачивала квартплату...

Константин

  • И вот, когда я дошел до руч­ки, пришел однажды в храм (а я иногда стал туда заходить, что­бы поставить свечки). Стою и ду­маю: «Все! Жизнь моя закончи­лась. Я один, и больше никому не нужен. Я - наркоман, и ни­чего не могу с этим сделать!»

И тут меня осеняет идея. Я решил захватить заложников! А когда их будут освобождать - меня пристрелят. В тот момент это решение мне казалось ме­нее грешным, чем самоубий­ство. А мама... Ну что ж, мама поплачет, но потом ей станет на­много легче жить.

Я тщательно все продумал и спланировал. Решил захватить маршрутку. Но для осуществле­ния этого плана мне опять-таки нужен был героин. Но я смог обо всем договориться.

И вот я шел по Ростову и про­щался с родным городом. Шел, и слезы застилали глаза: «Я никог­да больше не увижу этих домов и улиц...» И вдруг смотрю - на­встречу мне идет старый зна­комый. Это был парень, с кото­рым мы вместе занимались тен­нисом, ездили на соревнования. По моим подсчетам, он за время, как мы не виделись, должен был уже умереть, потому что давно стал законченным наркоманом, подхватил СПИД, а с ним, как из­вестно, долго не живут. А тут он идет мне навстречу, такой ясный, светлый, и улыбается.

  • Привет! Я «торчать» бро­сил.
  • Как?!
  • Я уверовал в Бога.
  • Да я ведь тоже в Него верю, - отвечаю, - свечки ставлю, куличи там, яйца на Пасху ем...
  • Ты веришь в то, что Он есть, соблюдаешь лишь внешние обряды, а я Ему верю и Ему доверяю! - воз­ражает он.

 

Тут к нам подошла его беременная жена, и выяснилось, что мой товарищ тренирует детей, получая за это хорошие деньги.

Словом, разговор тот меня по­разил, а в заключение приятель посоветовал мне почитать 37-ой псалом и заверил, что будет и сам за меня молиться.

Прихожу домой и замечаю, что у меня нет никакой ломки! Кри­чу: «Бабушка, Библия есть?» В то время только одна она под­держивала со мной отношения.

- Вот! - протягивает она мне книгу. - Но если обманешь Бога, то это будет уже конец, - строго говорит мне она.

Открываю и читаю: «Нет цело­го места в плоти моей от гне­ва Твоего! Нет мира в костях моих от грехов моих, ибо без­закония мои превысили го­лову мою, как тяжелое бремя отяготели на мне. Смердят, гноятся раны мои от безумия моего... Друзья мои и искрен­ние отступили от язвы моей, и ближние мои стоят вдали...» (Псалтирь 37:4-6, 12)

Да ведь это все про меня! Один в один! Я заплакал, но тут же меня охватила злоба. «Да, я знаю, что это все так! Но я и сам это знал! А где выход?!» - закри­чал я и отшвырнул Библию.

Потом смотрю, а она раскры­лась на месте, где написано: «беззаконие мое осознаю, со­крушаюсь о грехе моем. Ты, Господи, поспеши на помощь мне. Не оставь меня, Господи Боже мой!»

Ночь прошла в пограничном со­стоянии. На следующий же день я покаялся. И все. Ни колоться, ни таблетки глотать, ни алкоголь пить - ничего не хотелось.

После покаяния, помню, выхо­жу на улицу. А это был февраль- начало марта. И вдруг впервые за много лет слышу: поет птич­ка... вижу, что набухли почки, и они... зеленого цвета.

Я был в шоке. Надо сказать, что, став наркоманом, я стал видеть мир в черно-белом цве­те, слышал только мат, звон бьющихся бутылок, вой сирен и  характерный писк тормозов ми­лицейских (в те годы) уазиков. Из всех ароматов для меня остались лишь запахи табачного дыма, уксуса, ангидрида (сред­ство, использующееся при при­готовлении наркотиков) и пота.

А тут смотрю и вижу: дети с разноцветными шариками, люди говорят друг другу слова любви, улыбаются, чувствую аромат горячих пирожков... В мой мир вернулись цвета и краски самой жизни. Сложно все это передать словами. Я прямо на улице опустился на колени: «Господи, прости!»

Ольга - В 1998 году в отчаянии я случайно зашла в про­тестантский храм, села на стул. Было такое ощущение, как будто я наконец верну­лась домой. И я стала туда ходить. Началась ожесто­ченная борьба, но Бог по­мог мне победить страш­ное пристрастие. А победив, я пошла по больницам, где лежали умирающие люди, к старикам в дома преста­релых. Приносила фрук­ты, общалась. Никто меня не посылал, просто воз­никла такая потребность.

Константин

-Я стал общаться с верующи­ми людьми, и моя жизнь начала налаживаться. Родителям пона­добилось два года, чтобы снова поверить мне и снова меня при­нять. А потом... я встретил Олю!

После всего, что со мной прои­зошло, я решил посвятить жизнь Богу и показать другой путь лю­дям, которые находятся в том же состоянии, в котором еще недав­но был я. И я начал свое служе­ние в протестантском реабили­тационном центре. Оттуда меня командировали в Майкоп. И вот однажды я увидел, как одна из наших «сестер» занимается с детишками. «Господи, вот бы мне такую жену!» - подумалось мне. Я не просил именно об этом человеке, а лишь о такой же женщине. Но Господь исполнил мое желание буквально. Слу­чайно мы начали общаться, за­тем отношения переросли в бо­лее душевные, близкие.

Ольга

  • Я просто поняла, что он - мой человек. Даже не знаю, как это объяснить. Не страсть, не желание, даже не влюблен­ность. А просто... «он - мой человек». Сначала я даже со­противлялась этой мысли...

Константин

  • Пастор долго не благослов­лял нашу женитьбу, сказав, что нужно подождать еще год. А я спрашиваю: «Зачем год? Мое решение все равно не изменит­ся!» Я был уверен, что хочу сделать эту женщину счаст­ливой. Через полгода объявили помолвку, а еще через шесть ме­сяцев мы поженились. Затем пе­ревелись в Краснодарский центр и стали жить в Динской.

Два года назад наша жизнь снова круто изменилась. У нас уже был свой бизнес, родились дети. Семья вполне успешная и благополучная, но мы несколь­ко отошли от Бога, увлеклись материальным: достатком, ком­мерцией и так далее. И тогда нас постигло искушение...

Ольга

  • Не хочется обо всем расска­зывать. На меня совершили на­падение, и я попала в больницу с тяжелыми травмами. Бизнес рухнул, начали одолевать мно­гочисленные кредиторы, пош­ли скорби и испытания в семье. Причем многие протестанты, самые, казалось бы, близкие и родные нам люди, не только меня не поддержали, но даже отвернулись. Мы с мужем пре­бывали в жестокой депрессии. Я начала заглушать душевную боль алкоголем. Единственное, что меня в тот момент поддер­живало, - трое наших с Костей детей. Я всегда старалась быть заботливой матерью.

Константин

  • В молитве к Господу я спра­шивал: «Что это?» Но ответа не было. Как будто разом мы с же­ной оказались в пустоте. Про­тестантская община отлучила нас от «церкви», заявив: «Если у вас все стало так неблагопо­лучно, и вы не можете выбраться из грехов, значит, Бог от вас от­вернулся!» Многие протестанты считают, что внешнее, матери­альное благополучие - это при­знак Божьей любви и праведно­сти человека. И если человек ка­ется, но сам не может долго оста­вить свой видимый грех, то его лучше «выкинуть на обочину», чтобы самим «не испачкаться».

Ольга

  • Я не знала, что делать. В какой-то момент, находясь в совершенно расстроенных чувствах, просто села в маши­ну и поехала, не зная куда. И так я попала в Пластуновский храм, где меня увидел в сле­зах его настоятель отец Сер­гий Максимец. Он поговорил со мной, утешил и оставил по­жить неделю в храме.

Константин

  • Я понимал, что происходит что-то неправильное. А тут со­сед по улице говорит мне: «По­езжай в Пластуновскую, пого­вори с настоятелем храма от­цом Сергием». Ну я и поехал. Захожу в храм и чувствую себя блудным сыном, вернувшимся домой. Ощущение Божьей благо­сти, любви практически на физи­ческом уровне, как будто Господь прикоснулся ко мне.

Поговорили. Я снова ощутил отцовскую любовь! Возвраща­юсь домой, а жены дома нет! Всю ночь провел без сна. Утром позвонил отец Сергий, я ему: «Так и так, Оля пропала!» А он мне: «Не волнуйся, она у меня, все хорошо...»

Вот так мы оба в один и тот же день, независимо друг от друга, попали в один и тот же храм. С этого начался наш путь в православии.

Через несколько месяцев отец Сергий нас повенчал. А потом был наш радостный труд во сла­ву Божию. Делали купола, труди­лись в трапезной... Сейчас вот нас с Олей направили помогать строить храм в станице Старомышастовской...

Анастасия РАЗУМОВСКАЯ



Добавить отзыв

Введите код, указанный на картинке
Отзывы

Церковный календарь

Афиша

Православный церковный календарь на август 2021 года

Августовский церковный календарь богат праздниками. Во второй половине месяца православный календарь предполагает двухнедельный строгий пост. Он...

Выбор редакции

В России может появится День отца

Инициатива поступила от уполномоченного при президенте по правам ребенка Анны Кузнецовой. Предложение поддержали в министерстве. Выступала с этой инициативой и...