«Рок-концерт в Великий пост, чего они хотели?» Почему такие слова оправдывают преступление

Просмотрено: 175 Отзывы: 0

«Рок-концерт в Великий пост, чего они хотели?» Почему такие слова оправдывают преступление
«Пошли на концерт в Великий пост — случилась трагедия». Что содержит в себе эта мысль, имеет ли она отношение к христианству и насколько хорошо надо себя вести, чтобы с тобой не произошло ничего плохого? Об обвинении жертв после теракта в «Крокусе» рассуждает священник Александр Ситников.

Может ли Бог наказывать людей руками преступников

— После трагедии в «Крокусе» и священники, и просто верующие не раз высказали мысль: «В Великий пост на концерты ходить — чего же они хотели?» 

— Все начинается с ложного представления о Боге как о карателе. Люди были убиты, сгорели. Получается, Бог наказал их, действуя руками террористов? Это безумие. Так размышлять совершенно невозможно, особенно христианину.

Часто так думают даже прихожане, которым ты из раза в раз твердишь, что Бог — это не мужик с дубинкой, который хочет всех покарать и всякий раз бьет вас по рукам. Но почему-то вот такой Бог оказывается более привлекателен, как привлекательны и проповедники, которые этот образ тиражируют.

С Богом евангельским это не имеет никакой связи, потому что Он ради того, чтобы выручить человека, чтобы избавить его, восходит на Крест и отдает Свою жизнь. Когда мы сопоставим два этих образа, мы поймем, что один из них ложный. 

Мы верим в Иисуса Христа как Спасителя, поэтому «бога карающего» уже не можем считать настоящим.

— Почему люди, которые это говорят, уверены, что с ними такого произойти не может, ведь они, например, не ходят в посты на концерты?

— Мне сложно это понять. Наверное, потому что это согласуется с их опытом, в котором они себя убедили. Когда ты, скажем, испытываешь греховные мысли или желания или даже совершаешь поступки, так проще себя остановить: «Бог меня за это накажет». Ну если ничего другого не работает…

На самом деле мысль не новая, мы можем найти ее в творениях святых отцов: когда тебе хочется грешить, вспоминай о Божьем суде, а когда уже согрешил, вспоминай о Божьем милосердии.

Но это нисколько не оправдывает людей, которые сегодня так говорят после теракта. Здесь неуместно морализаторство. Было бы лучше банально поставить свечку или выразить соболезнования.

— Как увязать эти рассуждения с тем, что в таких крупных трагедиях погибают дети, которые только начинают осознавать свои поступки?

— Я живу в Кемеровской области, и первое, что вспомнил, — пожар в «Зимней вишне». Тогда один священник тоже публично написал, что люди сами виноваты, раз в Великий пост повели детей не в храм, а смотреть мультик. 

Но когда дети гибнут, это лишний раз доказывает, что зло безумно и у него нет ясных причинно-следственных связей. Ты ничего не сделал — и с тобой это произошло. Зло, как вирус, то там вспыхнет, то здесь, и непонятно, кто станет новой жертвой.

— Разве есть какой-то способ вести себя так хорошо, чтобы тебя не убили?

— Мы забываем, что хорошо себя вести — тоже не гарантия. Вообще никакая жизнь не гарантия того, что с тобой ничего не случится. Эти аргументы про концерт и пост разбиваются о самые простые примеры христиан-мучеников. В Сомали люди погибали за веру в Христа. Они что, неправильно жили? Нет, они молились и верили в Бога, но к ним тоже пришли террористы. 

«Так и было надо, мы все это заслужили»

— «Нам за наши грехи такое и положено, ничто людей/мир больше не исправит». Как оценить это стремление перенести некий «коллективный грех» вообще на всех людей? Ведь христианское учение, кажется, очень личное: следи за своими поступками, за них и ответишь.

— Говорить, что конкретно я или все что-то сделали, поэтому случилась трагедия, нельзя. Есть много примеров, когда явные злодеи живут вполне спокойно, доживают до старости и ничего с ними не происходит.

Если бы нам воздавалось добром за добро и наоборот, было бы слишком просто.

Здесь как будто упраздняется Евангелие, потому что Христос — самый совершенный и самый святой — получает самое большое зло.

Ведь мы не можем сказать, что это все потому, что Он что-то сделал не так.

— Но тогда получается, что Бог несправедлив?

— Несправедлив, но в совершенно обратном. Несмотря на то, что мы недостойно живем и пренебрегаем Им, Он продолжает нас любить. Только так. 

Бог не творил зла. Мы верим, что зло в этом мире идет только от дьявола. Зло — это хаос. Оно потому и называется беззаконие, что не вписывается ни в какой закон. Но Бог создал человека свободным. Он не запрограммировал его, как робота, но дал ему возможность выбрать между добром и злом. Как говорят богословы XX века, Бог пошел на риск, творя человека свободным, потому что человек может Его отвергнуть. 

Каждый раз, когда мы говорим «Отче наш», мы верим, что Бог — наш отец. Он приходит в этот мир, чтобы в полноте испытать и разделить с человеком его боль, показать, что он не одинок посреди этого хаоса. Бог страдает вместе с теми, кто терпит зло.

— Еще один поворот: «Значит, так было надо», «если написано им погибнуть — ничего не изменишь». 

— Выглядит как попытка защитить свою психику. Страшно мыслить себя в мире, где с тобой в любую секунду может произойти беда. И ты пытаешься закрыться в мысли, что, наверное, так надо было.

Но, рассуждая так, можно зайти очень далеко и сказать, например, что зло, которое эсэсовцы творили с еврейским народом, тоже было предрешено. Так и должно было быть? Если мы так думаем, в этом есть какая-то жестокость… Мы как бы тем самым встаем на сторону зла.

Если люди вот так гибнут — у Бога они не забыты. Они никуда не исчезли, для Бога они остаются живы. Мы не знаем их вечную участь, но по крайней мере у нас есть надежда, что Господь их принял. А это значит, что их жизнь не была бессмысленной. Но это совершенно не оправдывает их гибель. 

— По факту, если мы говорим, что «так надо», мы оправдываем преступников. Во всяком случае, снимаем с них часть вины. Чем это чревато?

— Получается, что мы даем другим право на насилие, право «наказывать». Такие происшествия обнажают пустоты, настоящие дыры в нашем сознании. Мы редко сталкиваемся с большими трагедиями и не знаем, как реагировать, если не уповаем на Бога.

Можно ведь в конце концов просто помолчать, попытаться осмыслить и пережить все, что произошло. Но вместо этого люди строят теории. Это говорит скорее о том, что люди, даже зачастую те, которые считают себя особо верующими, не готовы перед лицом такой опасности остаться при своей вере. Весь этот внутренне выстроенный домик оказывается карточным и рассыпается. 

Как общество привыкает к насилию

— Сейчас много кто призывает к справедливому наказанию для самих преступников, мы слышим жесткие высказывания. Безотносительно дискуссии о справедливости, чувствуете ли вы, как повышается уровень оправдания насилия в обществе?

— Наше общество привыкло к насилию. Есть люди, которые сострадают жертвам и их близким. Но иногда те же самые люди готовы к проклятиям и жестокости. 

Сложно говорить, потому что преступники — тоже люди. Кто-то скажет: «Ну какие же это люди, если они хладнокровно, безжалостно убивали невинных?»

Мне кажется, здесь все-таки есть опасность размыть человеческие границы и уйти далеко от этих конкретных преступников. Сегодня мы говорим о явных злодеях, а завтра начнем требовать такого наказания уже для тех, кто совершил гораздо меньший проступок, потому что они тоже, в нашем понимании, «не люди».

— Понятно, что это идет от силы негодования: всем больно и хочется, чтобы виновные были наказаны по заслугам. Как тут не ожесточиться самим?

— Вы хорошо сказали, что люди хотят справедливости. Сейчас это выплеск гнева, ненависти. Но потом можно порассуждать. Насколько это будет справедливо и что изменят крайние меры? Уменьшится ли количество террористов? Поможет ли это тем, кто потерял своих родственников? Вернет ли это к жизни погибших? 

Мы все знаем из Библии, что зло порождает зло. Святой страстотерпец Николай говорил, что не зло победит зло, а только любовь.

И, конечно, в такой ситуации эти слова могут звучать неуместно. Какая любовь может быть к террористам? 

Но если мы вдумаемся и оставим эмоции… Когда мы говорим, что «око за око, зуб за зуб», надо помнить, что мы не только возвращаемся на ступень ниже в духовном плане, но и в каком-то смысле уподобляемся этим преступникам, потому что хотим действовать теми же способами, что и они: они убивали, и мы хотим убивать.

Да, они убивали невинных, а мы хотим убивать виновных, но все-таки мы хотим убивать. Я не даю ответа, как нужно поступить с этими людьми, потому что у меня самого его нет. Не знаю, что можно сделать, чтобы подобное не повторилось.

— «Богу виднее. Не осуждайте, смиритесь. Потом поймете, зачем это было надо», — любят говорить тем, у кого случилось горе. Что бы сказали вы?

— Я бы ничего не сказал. Все эти благочестивые советы, как по мне, лишние. Я наблюдал со стороны, когда в храм приходили люди, у которых кто-то умер или случилось горе. 

Верующие из самых добрых побуждений начинали им говорить, что «надо принять», «вы сейчас не знаете, но потом поймете». Ты слушаешь и думаешь: ну зачем вы это говорите? 

Все, что мы можем сделать сейчас, — помочь, поддержать, выслушать, обнять. Хотя бы мысленно. У людей в горе не то состояние, в котором они могли бы воспринять наши слова.

Иллюстрации: нейросеть Midjourney

Источник: https://www.pravmir.ru/rok-konczert-v-velikij-post-chego-oni-hoteli-pochemu-takie-slova-opravdyvayut-prestuplenie/



Добавить отзыв

Введите код, указанный на картинке
Отзывы

Церковный календарь

Афиша

Православный календарь на июль 2024 года

В июле в церковном календаре нет ни одного праздника, посвящённого жизни Христа. Но это не значит, что для православных этот месяц менее значим, чем другие. В...

Выбор редакции

Святая Великая княжна Ольга Николаевна Романова (1895–1918)

3/16 ноября 1895 года у Императора Николая II и его супруги Александры Федоровны родилась дочь – Великая княжна Ольга Николаевна. Венценосные родители...