Будни приходской сумасшедшей, или Дружба с бездомными

Просмотрено: 28 Отзывы: 0

Будни приходской сумасшедшей, или Дружба с бездомными

– Ну, Лен, ну не переживай, – утешали меня храмовые попрошайки. – Ну хочешь, мы с тобой вместе в полицию сходим? Скажем, что ты нормальная и с головой у тебя все в порядке…

«Ну, Лен, ну не переживай, – утешали меня храмовые попрошайки. – Ну, хочешь, мы с тобой вместе в полицию сходим?»

И я представила, что являюсь такая в ОВД с толпой бездомных. Которые на все лады доказывают полицейским:

– Лена у нас не сумасшедшая, вы не думайте. Странная просто немного. Но с кем не бывает…

И полицейские такие:

– Ну, теперь мы видели все…

Нет уж. Мне и одного прихода туда хватило – без попрошаек.

***

А дело было так.

Приехала я недавно в наш храм. Вижу – сидит на паперти Маша, попрошайка. Грустная, слегка выпившая и плачет:

– Лен, а Юра-то мой помер…

И шапка у нее черная. Это я потом уже догадалась, что у нее другой просто нет. А тогда прямо ножом по сердцу мне эта шапка резанула: «Надо же, как горюет! Даже траур нашла».

Юра – это Машин бойфренд и коллега по паперти и выпивке. И отношения у них очень не банальные. То Мария верещит на всю округу, что он всю «подачу» на мороженое потратил. А у него это правда вторая страсть после спиртного…

То придет с фингалом в половину лица. Я спрашиваю:

– Маш, это Юрик тебя?

– Нет, что ты… Это я ночью проснулась, пошла… ну, понимаешь – куда… а тут – дерево.

Может, и правда не он. Юра к Машке трепетно относился. В нашем «Николином уголке» для нее вещи просил – хорошие…

Еще он на моей грязной машине как-то написал: «памой меня!» Так что вообще – дамский угодник…

А тут – помер!

И другой народ с паперти кивает:

– Помер-помер… Вот ведь как бывает, Лен. Жил человек – и все…

И плачут. Я сама заплакала, если честно:

– Да как помер-то? Случилось чего?

***

Рассказала мне Маша, что пошел Юра в магазин. Через дорогу от нашего храма. Шел-шел и упал.

– Две скорые приезжали. Одна – желтая. Сказали – инсульт. А у него же эпилепсия еще…

Насчет эпилепсии я не знала. Сколько лет его наблюдала – замечен не был.

В общем, забрали врачи Юру и отвезли в больницу N. Так мне Маша сказала. Дальше, по ее словам, кто-то из них в эту больницу то ли ходил, то ли звонил и выяснил, что Юра там умер. Вот и сидели они, оплакивали утрату.

«И что теперь, где его похоронят?» – спрашивала она меня. «Значит так! – говорю. – Давай мне его данные, я попробую все уточнить»

– И что теперь, где его похоронят? – спрашивала она меня.

– Значит так! – говорю. – Давай мне его данные, я попробую все уточнить.

Записала я Юрино отчество, фамилию, дату рождения и попросила знакомого главврача одной из поликлиник пробить информацию. Бедный этот человек мне уже столько раз помогал, что даже звонить неудобно. Но что делать… На всякий случай сказала, чтобы и просто по «неизвестному» выяснил.

– Такого нет в больнице. И в померших нет, – написал он мне.

Я на всякий случай сама в больницу ту перезвонила. Правда – нет и не было. Ни Юры такого-то, не «неизвестного»…

Звоню в справочную скорой помощи. Может, они скажут, куда его отвезли. Эти информацию не родственникам не дают. То, что он вообще-то бездомный, их никак не тронуло.

В итоге я написала в соцсетях пост с вопросом: «И куда теперь бежать?». И мне посоветовали обратиться в «Лизу Алерт».

Параллельно попрошайкам нашим отчитываюсь:

– Подождите, скоро все узнаем…

Прихожане некоторые наши у виска покрутили:

– Ну, конечно, у тебя же всего пять детей, тебе заняться-то нечем, кроме твоего «бомжатника».

В общем, в «Лизу Алерт» я тоже позвонила. Отнеслись с пониманием и даже трепетом. А то я уже переживать начала. Может, мне правда нечем заняться.

Все данные записали, время пропажи, во что был одет. Это мне тоже попрошайки рассказали. Но велели сначала заявление в полицию подать. Тут меня, если честно, начал подтачивать червь сомнения. Как-то не хотелось со стражами порядка связываться. Но делать нечего, самолеты задом не летают. Взялся за гуж, как говорится…

***

Звоню в ОВД:

– Так и так… Пропал бомжик. Пьяный… Упал… Увезли… Не знаю – живой или нет.

– А вам он кто? – спрашивают.

– Да никто, собственно, я многодетная мать и прихожанка…

– С какой целью интересуетесь?

– С целью – узнать…

– А зачем вам бомж?! – строго уже спрашивают.

Так как до этого они уже мои данные и адрес записали, я даже заволновалась, что что-то противозаконное в моем интересе.

– Эээ… Давайте я лучше подъеду…

– Само собой, заявление же вам писать… Мы вас зафиксировали!

Приехала. Обыскали меня, все чин чинарем… Документы взяли для оформления:

– Ну, рассказывайте…

Рассказываю:

– Бездомный, так и так… Напился… Инсульт, эпилепсия… «Лиза Алерт» сказала сначала к вам… Все знаю со слов других пьяных бездомных.

– Вы им кто?

– Никто… Прихожанка. Молюсь. Одежду даю иногда, телефоны заряжаю…

– Зачем?

– Ну-у-у-у… Просят.

– Ваше место работы?

– У меня? Ну, я – лицо, осуществляющее уход за ребенком-инвалидом. И многодетная домохозяйка…

– Ага.

Что «ага», мне объяснять было не нужно. У них лица были такие… Как будто инвалидность не у ребенка, а у меня.

– Но человек же, – оправдывалась я.

«Зачем вам этот бездомный?» – «Ну, чтобы понять, за здравие молиться или за упокой». На этой фразе лица служителей порядка приняли еще более интересное выражение

– Зачем он вам?

– Да, собственно…

– С какой целью?

– Ну… Мне надо понять. За здравие молиться или за упокой.

На этой фразе лица служителей порядка приняли еще более интересное выражение.

– Ну что… Идите туда.

«Там» был обезьянник.

– Да не туда, зачем так сразу? Вот рядом столик, пишите заявление…

Позвонил муж:

– Ты где, мать?

– В полиции.

– ?!!

– Заявление пишу…

– ?!!

– Я тебе потом все объясню.

Заявление приняли, провели меня в кабинет. Видимо, к следователю. Все то же повторила. Тут же мне с «Лиза Алерт» перезвонили. Я на громкую связь поставила, чтобы показать, что я не сумасшедшая, а мне правда велели в полицию. И что пропал человек.

А на том конце трубки женщина неравнодушная. Такая – из энтузиастов:

– Да, срочно заявление, потом нам все данные, мы сразу…

Следователь лицо держал и крепился. Как будто он каждый день для приходских сумасшедших бомжей ищет. Хотя в кабинет заходили сотрудники и говорили, что ему срочно надо на кражу.

При мне пробил инфу. Выяснилось, что пьяного вдрыбадан Юру, упавшего, но без инсульта и эпилепсии, отвезли в другую больницу. Он протрезвел и ушел…

Отделение провожало меня многозначительным молчанием.

Приезжаю к попрошайкам:

– Так и так, забодай вас комар.

– А, живой. Ну, хорошо! Он мог в другое место пойти. Мы знаем – куда. Спасибо.

– Да на меня все отделение смотрело, как на…

Тут они и предложили вместе сходить. «Отмазать» меня.

…Это, конечно, все забавно выглядело, но Юра пока у нас не появился. А в то другое заветное место Маша еще не ездила.

***

По следам моего посещения полицейского участка я написала в соцсетях пост. Удивительным образом он набрал большую популярность.

Мне говорили, что проблему надо решать комплексно, с психологом и соцопросами среди бездомных. И вообще нужно понять, в чем причина этой «язвы». И правильно реабилитировать. А не тратить энергию попусту. Хотя я не очень поняла, где я и где реабилитация. Я не специалист, не волонтер, а выясняла конкретную судьбу конкретного человека.

На их глазах рождались мои дети, и они знают их всех поименно. Они не берут у меня денег и отдают моим девчонкам сладости, которые им жертвуют

…Много лет я дружу с бездомными. Мы живем бок о бок. На их глазах рождались мои дети, и они знают их всех поименно. В отличие от многих прихожан и некоторого духовенства. Они не берут у меня денег и отдают моим девчонкам сладости, которые им жертвуют.

Бездомные вообще много о нас знают. Потому что сидят и смотрят. Мы проходим мимо, не замечая, а они – смотрят. Годами… А мы ничего о них не знаем. Нам не интересно. В лучшем случае – они клиенты на реабилитацию.

Бездомные собрали для меня между собой деньги, когда мой муж лежал в больнице с подозрением на онкологию. И, смущаясь, протянули мятый пакетик:

– Лен, не побрезгуешь?

Каждую зиму я боюсь, что они ее не переживут. И сколько их уже ушло на моей памяти… Не только от холодов. Наташку убили, Катю тоже. Бабушка Катя умерла от инсульта. Наталья молдаванка – тоже. Ромка напился и замерз. И сколько еще, увы, уйдет…

Они молятся за мою семью, я молюсь за них. Я считаю их своими друзьями, хотя для многих это и странно.

***

Да, от этой дружбы у меня чаще проблемы. Но это тоже жизнь.

Когда я стою и общаюсь с ними, иногда и мне… подают, думая, что я – одна из них. Сначала пыталась объясниться, потом махнула рукой.

Как-то мне пришлось выслушать от одной женщины, что я чуть ли не разбазариваю церковное добро и «Я буду жаловаться!». Она принесла в храм вещи, их передали мне, чтобы я, в свою очередь, раздала нуждающимся.

Нам часто приносят хорошую одежду, обувь, которая находит своих новых благодарных хозяев. Но те вещи были словно от умершего еще в Октябрьскую революцию деревенского больного деда. Грязные, старые и вонючие. И вопрос для меня стоял так: сразу вынести это «богатство» на помойку или все же отправить на половые тряпки.

Среди прочего там было потертое и изъеденное молью старое пальто. И я отдала его нашим бездомным. И надо же было такому случиться, чтобы женщина (а она захожанка) пришла на следующий день и увидела его на одном из попрошаек.

Был грандиозный скандал:

– Я думала, вы – нуждающиеся. А вы с жиру беситесь! Хорошие вещи бомжам выкидываете… Ничего вам больше не принесу!

– Вот за последнее спасибо! Не поленитесь дойти до помойки…

***

Однажды на наших попрошаек напоролась Росгвардия. Молодые парни пытались как-то уговорить пьяную вдрыбадан бабу Зину подняться с земли. Она же посылала их и крыла на чем свет стоит.

И тут я иду…

– А, вот наша Лена! – объявили попрошайки Росгвардии. – Наша Лена, да!

Я попыталась замахать на них руками: «Тихо-тихо!» – но было поздно. Внимание вооруженных мужчин обратилось на меня. И я испугалась, что сейчас меня упакуют вместе с матерящейся бабой Зиной.

Но оказалось все иначе:

– Ну, нельзя же так валяться. Она же замерзнет, – обратился ко мне один из них.

– Бабушка, вставайте, – это уже бабе Зине. – Давайте я вам ботинок надену…

И правда начал надевать слетевшую обувь.

– Да пошел ты! – не унималась она.

И я опять запереживала.

***

Мы просто живем бок о бок и считаем друг друга друзьями. Так получилось

Одна из них каждую встречу пытается меня расцеловать, и потом от меня шарахается благочестивая публика. А дальше мне высказывают, что «моя» любвеобильная попрошайка хулиганила, разлила масло из лампадки и билась головой о дорогую иномарку: «Караул, убивают», – когда ее пытались проводить за ворота.

И таких историй я могу рассказать море. Потому что, да, мы просто живем бок о бок и считаем друг друга – друзьями. Так получилось.

Источник: https://pravoslavie.ru/149481.html



Добавить отзыв

Введите код, указанный на картинке
Отзывы

Церковный календарь

Афиша

Православный календарь на декабрь 2022 года

Введение во храм Пресвятой Богородицы, День Николая Чудотворца 一 вот лишь несколько дат православного календаря, которые выпадают на конец года. О них и других...

Выбор редакции

Путь к Рождеству

Интерактивный календарь ожидания Рождества для детей и взрослых / А. А. Сапрыкина ; художник Е. А. Цымбаревич. – Москва : Вольный Странник,...