Обычный день обычного священника (заметки с Русского севера)

Просмотрено: 197 Отзывы: 0

Обычный день обычного священника (заметки с Русского севера)

Корреспондент портала Православие.Ru Петр Давыдов провел обычный день с отцом Серафимом Розиным, благочинным Тотемского округа Великоустюжской епархии.

Отец Серафим и матушка Ольга

Отец Серафим и матушка Ольга

Привычные российские расстояния, привычная наша скудость на делателей при огромной жатве: отец Серафим проезжает сотни верст, чтобы послужить литургию, навестить, исповедовать и причастить больного, убедиться в том, что строительство новой часовни идет правильно – и это все в разных местах благочиния. Одним днем редко когда обходится поездка, поэтому чаще всего приходится ночевать в приходском доме того храма, где служится литургия, а то и у кого-нибудь из прихожан. Дома привыкли. Радости тут мало, конечно, но что поделаешь: служба есть служба. А люди-то как благодарны.

– Они удивительные, наши люди, – говорит священник. – Приезжаешь, например, в село на берегу Сухоны, там тебя знакомят с бабушкой, которая лежит без движения – исповедовать и причастить бы надо. Беседуешь с этой бабулей и в ходе разговора понимаешь, что это не ты ее утешаешь и наставляешь, а, скорее, она тебя – столько света и доброты в этом человеке. Да, чего-то, допустим, не знает, не все молитвы ей знакомы, но смирение, с которым человек принимает свою болезнь, а то и всю свою жизнь с ее испытаниями и бедами, тебя и восхищает, и пристыжает. Не овечье безразличие, а именно смирение: «Видимо, так надо: Бог лучше знает, что и как делать, а я Его слушать буду. Болеть иногда полезно, батюшка». Глаза человека, его голос, интонации – все наполнено светом. Дай Бог нам хоть немного такого света в старости. Смотришь на таких людей и понимаешь, что только что побывал на той самой Святой Руси, о которой мы так много говорим и куда никакой тебе «визы» не надо – вот она, здесь, рядом. После службы тебя обязательно пригласят в какой-нибудь дом: «Батюшка, зайди – я сей год много ягод набрала, дак возьми брусники. И картошки возьми. И грибов. Бери, говорю». Отказаться нельзя, потому что обидишь человека. Дистрофия нам не грозит, похоже.

Беседуешь с бабулей и в ходе разговора понимаешь, что это не ты ее утешаешь и наставляешь, а она тебя – столько света и доброты в этом человеке

Идеализировать, впрочем, отец Серафим не будет. Никаких прекраснодушных фантазий: печальная действительность падшего мира дает знать о себе и на Русском севере. Один из признаков такой падшести – праздность, по мнению священника. Убийственная, абсолютно чуждая русской деревне праздность.

– Как это «нет работы на селе»?! Да за доярками директора ферм и колхозов в очередь стоят: нужны работящие доярки! Так что ты думаешь: нехотя соглашаются поработать пару месяцев, затем совершенно спокойно увольняются, встают на учет по безработице, получают пособие, а потом снова, так и быть, еще на месяц-другой-третий устраиваются туда же. «А чего напрягаться? – говорят. – Нам государство обязано». Ох, будь народу на селе побольше, с ними бы никто и разговаривать не стал, а тут…

Покровский храм в Усть-Печеньге

Покровский храм в Усть-Печеньге

Пьянство еще. Правда, сейчас полегче стало, не как в девяностые, но все равно есть. Печально это: думаешь, что дом и огород запущены, оставлены хозяевами, а там, оказывается, просто бедняги-алкаши живут. Или доживают. Впрочем, такие чаще всего здесь изгои, люди с ними стараются не общаться. «Нет работы»…Ты себя в руки возьми – с огородом разберись, в лес сходи за ягодами и грибами – сдай скупщикам: своя копейка дороже чужого рубля будет, хоть себя уважать начнешь. На людей взглянешь не исподлобья, без стыда. Забор поправишь, дом приберешь – это ж все можно сделать…

О, смотри, красота какая! – Даже осенняя меланхолия может превратиться в светлую тихую печаль, когда видишь, как солнце и ветер играют на разноцветных деревьях: солнце устраивает этакую иллюминацию, а ветер – салют из красных, желтых, багровых листьев, и это на фоне сурового неба, убранных полей и бескрайнего леса. Нельзя не остановиться. Слов никаких не надо – только нарушат это торжество спокойствия.

Едем мы в деревню, где местные жители решили поставить часовню. Обратил внимание: снова любая уважающая себя деревня или село считает своим долгом либо возродить порушенный храм, либо поставить новый. Это не значит, что жители ежедневно в храм ходят. Но вновь появилась осознанная потребность в своем храме. Именно – осознанная, потому что «некрасиво как-то без церкви-то, батюшка». Вот батюшка и приезжает в какой-нибудь далекий Вожбал (ударение на первый слог, как и почти везде на севере), советуется со строителями, вместе думают, как лучше сделать окна, пол, лестницу.

– Ребята! Мужики! (Это он строителям). Не прошу, а требую, это закон такой: в храме, который строим, не курить вообще! И – чтобы ни слова мата! Нельзя мешать святыню с… да, вы поняли.

– Ты, батя, чево?! Мы, если курим, дак это вон там, у ямы. Да и не ругаемся мы. Ну, стараемся. А что, так серьезно все, что ли?

– Абсолютно. Поверьте, я знаю, о чем говорю. Мы ж не баню строим – храм, тут особое отношение. Да и нам полезно иногда помолчать – душа чище будет.

Отец Серафим не то чтобы сетует – горько удивляется:

– Мне кажется, иногда люди стесняются Христа. Был недавно на юге – там вдоль дорог почти у каждого города или станицы стоят кресты. У нас здесь – ни одного. «А заче-ем?», «Мы – многоконфессиональная страна-а!», «Давайте не будем разводить религиозную пропаганду». А как, спрашивается, мне не «разводить» эту саму пропаганду, если мне молодых отпевать надоело? Мы предложили поставить крест на трассе – пусть люди видят, призадумаются, помолятся, может. Внимательней ездить будут. Все ж таки водить машину – дело ответственное. На крест посмотрят – вспомнят, что жизнь – вещь серьезная, и терять ее ради пьяного гонора не стоит, умнее водить станут. А то у нас как: дорогу сделали хорошую, а гоняют под 200 – только весной шестеро погибло, причем молодых. Знаешь, как страшно, когда отпеваешь людей, так погибших? Я убежден, что сам вид креста способен напомнить многим из нас об ответственности перед Богом и людьми. Поэтому, уж извините, «пропаганду» мы продолжать будем. Чего это я должен стесняться того, что я православный?

Часто спрашиваю себя, откуда берутся силы у людей, которые презирают праздность. Не только говорят о вреде праздности, а действительно презирают лень. Посмотрел на хозяйство отца Серафима и его жены матушки Ольги и понял, что один из ответов на мой вопрос – это спокойный, несуетливый и полный любви настрой друг к другу. Желание помочь, оказать какую-то услугу, позаботиться друг о друге – вот, похоже, источник сил. А силы нужны:

– Слушай, сделай, пожалуйста, фотографию и назови снимок «Мужик с телкой», а? Это, конечно, не телка никакая, а самая настоящая дойная корова, которую мы нежно любим, но матушка часто так надо мной подтрунивает, когда видит, как я над ней вьюсь. Не, сама матушка больше по дому хозяйничает, а я за скотный двор отвечаю. Так она городска-ая, к коровам непривычная. А я – сельский и (тут отец Серафим выдал голосом кота Матроскина) «Мурку свою ни на что не променяю»! Сыру вот возьми – супруге и детям от нас привет передай. А что, молоко свое, творог, масло, сметана – это тебе не порошковый кошмар из магазина. Матушка сама делает. И хлеб, между прочим, печет. Слава Богу, дети у нас хорошие, маме помогают. Сейчас особенно надо: четвертый у нас появился на днях. Доченька. Савелий, Екатерина, Арсений и вот – Виктория. Мне радостно, когда дети друг за друга горой, что-то вместе делают, мастерят, играют, старшие младших воспитывают. Громко бывает, конечно, но ничего, справляемся. Да и к труду привычны. Тут еще какая польза от коровы и прочей живности: они, оказывается, детям гораздо интересней, чем телевизор или интернет. Свой дом, я думаю, – это благословение Божие: и кругозор шире, и ответственность серьезней. Не только за свои «квадраты» в подъезде отвечаешь, но понимаешь, что вон то поле, тот лес, небо, река неподалеку – это тоже твои «квадраты». Матушка рада. А если жена счастлива, что еще мужу надо?

Прав отец Серафим, когда говорит, что Святая Русь – не фантазия. Она рядом. Что, согласитесь, очень радует

Мужу оказалось надо как следует выспаться, потому что более полутора суток в дороге все-таки сказываются: всенощная, литургия, разговор с немощной смиренной бабушкой, совещание со строителями, подготовка места для установки креста, и это в разных местах огромного северного благочиния, не считая забот по дому – примерно так прошло время, проведенное с отцом Серафимом. Обычный священник. Обычный день. Когда ехал домой, пришел к выводу: прав он, когда говорит, что Святая Русь – не фантазия, не фантом. Она рядом. Что, согласитесь, очень радует.



Добавить отзыв

Введите код, указанный на картинке
Отзывы

Церковный календарь

Афиша

Православный календарь на июль 2024 года

В июле в церковном календаре нет ни одного праздника, посвящённого жизни Христа. Но это не значит, что для православных этот месяц менее значим, чем другие. В...

Выбор редакции

Святая Великая княжна Ольга Николаевна Романова (1895–1918)

3/16 ноября 1895 года у Императора Николая II и его супруги Александры Федоровны родилась дочь – Великая княжна Ольга Николаевна. Венценосные родители...