Священная война

Испокон веку, когда на наш народ обрушиваются несчастья: засухи, наводнения, эпидемии или нашествия иноплеменников, это в первую очередь воспринимается как наказание за грехи и служит поводом к покаянию, к сугубой молитве и исправлению жизни. Так было всегда. Так было и во время Великой Отечественной войны.

Наказание Божие… Здесь надо правильно понимать. Бог не творит зла, Бог благ и благость его простирается на всех людей. Но быть причастником этого добра, этого блага или отвергнуть его – это лежит уже в области человеческой свободы, личного выбора. И вот, когда большинство в народе отрекается от веры, от Бога, — душами этих людей овладевает иной дух, который именуется «человекоубийцей искони», и тогда, после первой эйфории упоения грехом, валятся на головы несчастных людей неизмеримые и страшные несчастья и беды. Но случается это не потому, что Бог так захотел, а потому, что люди сами себя наказали, отвернувшись от действительного блага и доверившись обманчивой и призрачной мечте. И тогда Господь, волею Своей, попускает людям вкусить горькие плоды беспечности, чтобы они, очистившись в скорбях, снова обратились к Нему.

Вот так случилось и с нашим народом, когда он попрал духовные основы собственной жизни. Начавшаяся же война – эта великая беда, подвигла многих к покаянию и возвращению к вере. Знаете, как говорят: «на войне атеистов не бывает». И действительно в самых мучительных, тупиковых обстоятельствах, когда надежда на себя, на власть или идеологию – превращаются в ничто и жизнь человека так очевидно зависит от одного только Бога – всякий человек естественным образом обращается к Нему с молитвой.

И, думается, на полях сражений... в блокадном Ленинграде... в оккупации… в тяготах трудового тыла – во всех невыносимых и мучительных обстоятельствах оживала в народе вера и молитвы возносились от многих и многих сердец, и жизнь народа подспудно, исподволь преображалась, возвращаясь к духовным истокам.

Внешне это преображение нашло выражение в восстановление церковной жизни, в открытие храмов, в возвращении из тюрем и ссылок священников.

Так отступление от Бога, повлекшее за собой страшное пленение злу, повело наш народ по трудному и тернистому пути опытного познания добра и зла, по пути, который неизбежно выпадает всякому, кто не желает быть послушным Богу, а хочет «попытать счастья» на стороне.

И именно вера, обретаемая в сокровенных тайниках сердца, многим помогла пережить все те непостижимые страдания и скорби, которые принесла в нашу жизнь безбожная власть, а затем и страшная война…

Послевоенное ощущение, очень сильное, которое помнят все жившие в то время – это ощущение полноты жизни… иной, глубинной, подлинной, высокой, простирающейся даже за грань земного бытия. Вот почему все эти поминовения погибших, все эти скупые, но исполненные силы и духа рассказы ветеранов – всё это дышало и дышит вечностью, живой реальностью, большей, чем можно объяснить с точки зрения материалистической идеологии. Этой вечностью, правдой вечности и жили люди в послевоенное время. И это было по-настоящему важно. Это новое, глубинное измерение жизни и было главной победой в той войне.

Но постепенно мы эту глубину стали утрачивать. И снова пошли по пути мельчания и упоения ложной мечтой. Только на этот раз в основе ее оказалась идея не коллективного, а индивидуального, но всё того же – безбожного «рая». Впрочем, манила она и влекла, и губила не в меньшем охвате и масштабе, чем та – прежняя. И так же как тогда — нам непременно нужно было эту прелесть, это обольщение преодолеть. И вот – Господь снова повел нас путем страданий, скорбей и лишений, которые есть последнее, крайнее средство очищения, исправления упрямой и своенравной души.

Великая Отечественная война была священной именно потому, что она смахнула как пыль с души все наносное и обнажила ее вечную, исконную суть. И можно с уверенностью сказать, что многие из тех, кто пережили ту войну, пережили истинный и личный опыт богопознания и в глубине души носили, хранили его как высшую правду, как высшую ценность жизни.

То же можно сказать и о войне нынешней, которая возводит нас к осознанию древней духовной войны, участия в которой не может избежать никто.

Это война «против мироправителей тьмы века сего, против духов злобы поднебесной» (см. Еф. 6:12). Она имеет прямое отношение ко всем нам, и все мы призваны в этой войне участвовать. И единственный залог победы в этой войне – это возвращение к духовным, нравственным истокам нашей жизни. К истокам святой православной веры.

Победа в Великой Отечественной войне – это не апогей, не высшая точка, о которой можно вспоминать пусть даже с торжественным благоговением, но как о чем-то, уже раз и навсегда достигнутом, – это только веха на пути к главной Победе, которая уже свершилась в мире, но причастником которой нам всем еще предстоит стать.

Это Победа Христа над смертью!

И чтобы нам действительно быть причастниками этого торжества, этой совершенной радости, надо нам всем прилагать усилия и трудиться совместно с тем, чтобы, уклоняясь от зла, стоять за Божью правду, творить ее во что бы то ни стало, до обретения полной, победной, святой бесконечности!

В этом и заключается суть русской жизни.